Перейти к содержимому
Nightmarish Dream
Jigsaw-Pyramide

Операция "Silent Storm"

Рекомендованные сообщения

Эта история пришла мне в голову в ходе приключений Боярского в Сайлент Хилле. Тогда эта история была куда более громоздкой (хотя вот по этому пункту я определённо спешу делать выводы), и персонажей в ней было побольше. Но это частности. У истоков этой истории стоит самый известный из моих аватаров - 

93974277.jpg

Убедительная просьба не рассматривать данную повесть, как пропаганду чего бы то ни было. Это просто не самый удачный полёт фантазии.

Итак, вашему вниманию представляются первая и вторая главы этой истории. Приятного прочтения.

 

 

Операция Silent Storm

 

1. Состав экспедиции

 

Высокий блондин в чёрной униформе от «Hugo Boss» молча достал мундштук и заправил в него тонкую сигарету.

- Herr Шмидт, вы могли бы не курить в моём присутствии? Обратилась к нему хорошо сложенная блондинка, одетая в униформу тех же частей.

- Fräulein Хаупштайн, я и сам в состоянии решить, что и где мне не делать. – он достал спички, - Переходите к делу, Карл.

- Спасибо Йохан. – хореографической комплекции мужчина в газовой маске и в той же эсэсовской униформе, что и оба его собеседника подошёл к проектору.

- Liebe Damen und Herren, позвольте представить вам то, что обеспечит нам победу в этой войне! – человек в газовой маске включил проектор.

На экране возникла эмблема Аненербе, её сменила эмблема общества «Туле», сразу после этого начался фильм. На экране возникло чёрно-белое изображение комнаты без окон. За стоявшим в центре столом сидели две девушки-близняшки лет шестнадцати.

- Перед вами сёстры София и Анна Франк. – начал человек в газовой маске. – Эти гомозиготные близнецы обладают весьма интересными паранормальными способностями. У них выраженная связь на духовном уровне, имеющая эффекты на физическом. – На экране появился человек в газовой маске. – Да, это ваш покорный слуга, профессор Карл Рупрехт Крёнен. – с оттенком гордости в голосе подтвердил докладчик. – Сейчас мы разведём сестёр по разным помещениям. – На экране Крёнен взял одну из девушек за руку и вывел из комнаты. Изображение раздвоилось, показывая одновременно два помещения. Профессор посадил девушку на стул и подсоединил к её вискам провода. – Сейчас вы убедитесь в правдивости моих слов. – Крёнен на экране дёрнул рукоятку рубильника. Девушка забилась в конвульсиях. Её сестра в соседней комнате забилась одновременно с ней. Крёнен выключил рубильник и потащил обессиленную девушку обратно к сестре. Экран на мгновение потемнел. В следующем кадре сёстры вновь сидели рядом. – Это уже следующий день. – прокомментировал Крёнен. В кадре появились профессор и блондинка, просившая Йохана Шмидта не курить. – Моя ассистентка, доктор Ильза Хаупштайн. – уточнил Крёнен, - В этом эксперименте мы пытались заставить сестёр Франк проявить заключённые в их подсознании возможности. – На экране Ильза дёрнула рукоятку рубильника. Девушки изогнулись в судороге. Одновременно на столе перед ними начали шевелиться предметы: алюминиевая кружка сжалась, словно на неё наступили сапогом, свечи вспыхнули и тут же растеклись по столу, тарелки взмыли под потолок, разбиваясь в момент столкновения с ним, одна из тарелок полетела в сторону профессора Крёнена, но он поймал её на подлёте. Стол затрясся и оторвался от пола. Лампочки под потолком замигали. Стол взмыл под потолок, всё помещение затряслось. Стены покрылись кровью и колючей проволокой. Ильза выключила рубильник, сёстры обессилено сползли со стульев, и всё прекратилось. – Как видите, физические страдания вызывают неконтролируемые прорывы подсознательной энергии. – Крёнен выключил проектор.

- И чего вы в итоге добились? – подал голос Шмидт.

- В итоге подопытные смогли создать весьма стабильную версию собственной реальности. Которая продержалась до тез пор, пока я не убил их. Жаль, что пришлось уничтожить столь ценные экземпляры, но они стали слишком опасны.

- И как же это обеспечит нам победу в войне? – Шмидт чиркнул спичкой.

- Мне удалось на короткое время перехватить контроль над миром сестёр Франк, - Крёнен гордо поднял голову, - Этого времени хватило для того, чтобы устранить подопытных без риска, что они сбегут в свой мир. Но не всё так просто. Лиц, обладающих выраженными паранормальными способностями не так уж много даже среди гомозиготных близнецов, а уж среди людей обычных и того меньше. К тому же, для проявления этих способностей нужны особые условия: выраженное телесное или душевное страдание, к тому же огромное значение играет место. Мы ставили наши эксперименты в Штильберге. Этот городок имеет дурную славу и никогда не был населён особенно густо, а попытка превратить его в концентрационный лагерь окончилась катастрофой – произошёл мощнейший прорыв психической энергии за последние сто лет. В результате все, кто находился на территории лагеря в тот момент, исчезли. Впрочем, большую их часть мы нашли. Почти все были вмурованы в стены зданий, причём так, что создавалось впечатление, что здания так и строили с этими людьми в стенах, полах и потолках. А вот шесть пар близнецов пропали без следа. Я считаю, что мы сможем использовать этот феномен, как пси-оружие. Но для этого нам придётся провести куда более масштабный эксперимент…

- И вы хотите сделать это в Штильберге? – перебил его Шмидт, - Карл, при всём моём уважении, но если всё, что вы сказали – правда, то ни о каком эксперименте на территории Рейха не может быть и речи.

- Штильберг неединственное место, подходящее для наших целей. Мне удалось установить ещё как минимум две подобные точки. – подала голос Ильза. – Это Тихогорск и Сайлент Хилл.

- И где всё это находится? – Шмидт скучающе посмотрел на коллегу Крёнена.

- Штильберг – в Баварии. Тихогорск – в Московской области. Сайлент Хилл – в штате Мэн.

- А более удобных мест вам… Scheiße! – спичка догорела и обожгла Йохану пальцы.

- К сожалению, нет. – развёл руками Крёнен. – Я считаю, что эксперимент стоит проводить именно в Сайлент Хилле.

- Разумно. – ответил вдруг без скепсиса в голосе Шмидт. – С одной стороны, поставив эксперимент там, мы не поставим под угрозу наше Отечество, с другой – там мы будем на мирной территории. Вот только попасть туда будет несколько проблематично.

- Так ты одобряешь мой проект, Йохан?

- Да, Карл. В том числе и по дружбе. Ты ведь не думаешь, что я поверю во всю эту ересь?

- Ты увидишь всё своими глазами, Ганс.

- У меня есть идеи, относительно того, как нам попасть в Сайлент Хилл. – Шмидт ткнул пальцем в карту. – На подлодке мы пересечём Атлантику, пройдём вверх по реке до озера Толука, и высадимся. Согласно этой карте, у нас будет пространство для подводного хода.

- Хорошая идея, Herr Шмидт. – Ильза подняла шторы.

- Да, думаю, одной подлодки должно хватить. Оборудование можно будет разместить в торпедном отсеке, да и не так уж его и много. Подопытные у меня на примете уже есть. – профессор снял с вешалки форменный кожаный плащ.

- Придётся несколько уменьшить экипаж подлодки, впрочем, матросы нам без надобности. Итого: я, вы и ваша ассистентка, подопытные. Пять человек?

- Да, Йохан.

- Кстати, а кто эти подопытные?

- Сёстры Вагнер. Воспитанницы одного сельского приюта для сирот.

- Секунду?! – в свинцово-серых глазах Шмидта мелькнуло недоумение, - Ты хочешь использовать для своего эксперимента ариек? Да ещё и гражданок Рейха?!

- В нашем эксперименте, Ганс. И пойми правильно, их потенциал выше потенциала сестёр Франк. К тому же, разве ты бы хотел, чтобы мы использовали супер-оружие еврейского или цыганского производства?

- Хорошо. Будем считать, что ты меня убедил. Кто из нас заберёт девчонок?

- Вы, Herr Шмидт. – в голубых глазах Ильзы мелькнула чуть заметная усмешка. – Вашим полномочиям могут позавидовать даже Гиммлер и Борман.

- Хорошо, Fräulein Хаупштайн. Но имейте в виду, я могу потребовать встречную услугу. Позже. – в глазах Шмидта появился стальной блеск.

- И что же это будет за услуга? – ледяной взгляд Ильзы на мгновение стал теплее.

- Это я скажу позже. А пока всем нам стоит заняться своими делами. – Йохан Шмидт распахнул резную дубовую дверь и загремел по каменным плитам коридора коваными сапогами.

 

 

2. Приют Святого Бенедикта

 

«Опель-Адмирал» мчался по автобану. Йохан Шмидт сжимал рулевое колесо и следил за знаками, пожёвывая пустой мундштук. Миновав Дрекдорф, он сбавил скорость. Приют Святого Бенедикта должен был быть где-то поблизости. Вскоре мелькнул соответствующий указатель. Шмидт свернул на ведшую в лес грунтовую дорогу. Из-под колёс «Опеля» во все стороны полетел песок.

Судя по следам, этой дорогой пользуются не так уж и часто, и в основном грузовики. Крёнен мог бы и уточнить, что приют монастырский. Хотя это и не помеха. Что-что, а слова можно подобрать к кому угодно. Уж я-то это знаю как никто другой. – Шмидт усмехнулся и прибавил газу. «Опель» подпрыгивал на неровностях, но Йохана это не смущало.

Наконец, из-за деревьев показался высокий кирпичный забор. Машина остановилась перед массивными дубовыми воротами. Шмидт заглушил мотор и открыл дверь. В машину ворвался дух елового бора. Йохан закрыл глаза и вдохнул полной грудью. Ему всегда нравился аромат хвойных лесов. Шмидт считал это романтичностью, а значит слабостью, но ничего не мог с собой поделать.

Опушка. Полдень. Он сидит под клёном, откинувшись на его ствол. Она стоит перед ним и улыбается…

- Герр? – вывел его из размышлений немолодой женский голос.

- Оберстгруппенфюрер Йохан Шмидт. – Шмидт вышел из машины. На него из окошка в калитке, проделанной в воротах, печально смотрела строгая монахиня. – Frau, вы позволите мне войти? – он подошёл к калитке.

- Сперва скажите мне, зачем вы беспокоите нас?

- Я пришёл за сёстрами Вагнер. – выдержав паузу холодным голосом произнёс визитёр.

- Вы?.. – монахиня чуть побледнела, но тут же совладала с собой. – Зачем вам понадобились несчастные сиротки?

- Можете считать, что я намереваюсь стать их опекуном. Пожалуйста, сэкономьте всем нам время и просто приведите их сюда.

- Хорошо. Я не стану спорить с представителем власти светской. Но знайте, Herr оберстгруппенфюрер, эти девушки обладают даром, который можно назвать только проклятием.

- Что вы имеете в виду? – в глазах Шмидта мелькнуло удивление.

- Господь наделил этих чад Своих силой, которой они не могут управлять.

- И что же это за сила?

- Сложно объяснить её природу. Обычно подобное называют полтергейст. Многие мои сёстры во Христе думают, что эта сила у них от врага рода человеческого, но я верю, что это Божий дар.

- Вы мыслите отлично от ваших сестёр?

- Все мы люди, а это значит, что мы имеем несовершенство плотской составляющей нашей триединой сущности. Все мы грешны, все мы неизбежно слабы. Слабость проявляется в наших эмоциях, наших поступках. Мы боимся того, что не подвластно нашему пониманию. Мы не в силах объяснить, откуда сила этих девушек, и очерняем их, гоним их, убиваем. Страх заставляет нас верить, что подобные силы исходят от врага рода человеческого. Но так ли это на самом деле? Ведь это может быть божьим чудом, которое мы в силу своей слепоты не желаем распознать.

- Скажите честно: вы опасаетесь за участь ваших подопечных, если они останутся в приюте Святого Бенедикта?

- Да.

- Тогда приведите их сюда. Если они не пожелают, я не заберу их.

- Ждите здесь. – окошко захлопнулось.

Шмидт опёрся спиной на ворота и поднял глаза к небу. На фоне составлявших единую массу белых облаков проносились тёмно-серые клочья. Качались в такт порывам ветра вековые ели и сосны. Йохан закрыл глаза.

Опушка. Полдень. Он сидит под клёном, откинувшись на его ствол. Она стоит перед ним и улыбается. На нём простецкий рабочий костюм. На ней – крестьянское платье. Он в сапогах. Она босиком. Он что-то говорит ей, а она смотрит ему в глаза и задорно смеётся. Он о чём-то её спрашивает. Её лицо вдруг становится серьёзным…

Калитка отворилась с невыносимым скрипом. Шмидт резко обернулся. Монахиня подвела к нему двух одетых в одинаковые робы девушек. На первый взгляд они были неотличимы друг от друга, но стоило присмотреться, и становилась заметна разница в манере держаться, мимике. Стоявшая слева девушка слегка сутулилась, её лицо казалось испуганным, роба на ней сидела мешковато, в ней угадывалась неуверенность, страх. Девушка справа, наоборот, держалась чуть горделиво, в её взгляде чувствовалось ощущение превосходства, роба на ней сидела так, как могло бы сидеть платье.

- Сёстры Вагнер. – нарушила молчание монахиня. – Ева, - она кивнула на левую сестру, - Сабрина, - кивнула она на правую. – Разве вы не должны были привезти документы на оформление опекунства, Herr оберстгруппенфюрер?

- Все необходимые бумаги будут доставлены в течение недели. Большое спасибо за сотрудничество. – Шмидт взял девушек за руки и повёл к автомобилю. – Надеюсь, мы поладим? – заговорщицким шёпотом обратился он к сёстрам, распахивая дверь.

- Поживём – увидим. – ответила за двоих Сабрина.

- Садитесь назад. – скомандовал Шмидт. Сабрина подтолкнула сестру. Та неуверенно забралась в салон. Сабрина многозначительно посмотрела на Шмидта и села рядом с сестрой. Оберстгруппенфюрер сел за руль и рванул с места.

Ехали молча. Ева погрузилась в беспокойную дремоту, Сабрина смотрела в окно, а Шмидт не испытывал желания вести с девушками беседу. Пасмурная погода, наконец, разродилась дождём.

Замок Вольфенштайн на фоне бушующего ливня смотрелся особенно эффектно. Даже по меркам Йохана Шмидта.

«Опель-Адмирал» остановился во внутреннем дворе замка. К машине подбежала Ильза Хаупштайн.

- Профессор сейчас подойдёт, Herr Шмидт. Оборудование погружено на тот грузовик. – женщина кивнула на стоявший у выезда со двора «Опель-Блиц».

- Пусть едут за мной. Я уже всё обсудил. – Шмидт кивнул на заднее сидение. – Садитесь, Fräulein Хаупштайн. И познакомьтесь. Ближе к вам сидит Сабрина Вагнер, а вот та соня – Ева Вагнер. Девушки, познакомьтесь с Ильзой Хаупштайн. Девушки кивнули.

Ильза кивнула в ответ и села рядом с сёстрами. К автомобилю подошёл Карл Рупрехт Крёнен и сел на переднее пассажирское сидение.

- Ты готов, Йохан?

- Вполне, Карл. Поехали. – Йохан Шмидт развернул машину и выехал с территории замка. За ним следом выехал «Опель-Блиц».

- Да, девушки, забыл представить вам профессора Карла Крёнена. – обратился Шмидт к сёстрам не оборачиваясь.

- Мы случайно не в газенвагене едем? – тут же подала голос Сабрина.

- Нет. Просто у профессора аллергия на пары бензина.

- Куда вы нас везёте? – неожиданно спросила Ева.

- В кругосветное путешествие. – без тени иронии ответил Крёнен. – На подводной лодке.

- Вы это серьёзно? – не поверила Сабрина.

- Совершенно. Завтра мы будем в Америке. – ответила Ильза.

- Думаю, это будет интересно. – неожиданно задумчиво ответила Сабрина и замолчала. Ева опять погрузилась в тревожную дремоту.

Автомобили свернули с шоссе и продолжили путь по дороге, необозначенной на гражданских картах. Вскоре они были на аэродроме, обслуживавшем замок Вольфенштайн.

На взлётной полосе их уже ждал Arado Ar 232 «Тысяченожка», готовый к взлёту. Сабрина растолкала сестру, и девушки, вслед за Ильзой, выбрались из машины. Йохан Шмидт и Карл Рупрехт Крёнен направились к командиру экипажа.

- У вас всё готово? – Крёнен поправил фуражку.

- Так точно, Herr оберштурмбаннфюрер. Только укажите пункт назначения.

- В Бремене нас ждёт подлодка. Я предпочёл бы, чтобы мы оказались на ней как можно скорее.

- Пусть грузовик загонят в грузовое отделение и закрепят. Вы и ваши спутники можете подняться на борт. – командир направился в кабину. За ним проследовал Крёнен. Шмидт встал справа от входа в салон, пропуская сестёр Вагнер и Ильзу.

- Быстрее, гауптшарфюрер, недовольно произнёс Шмидт.

- Успокойтесь, Herr Шмидт, всё равно без грузовика мы не взлетим.

«Опель-Блиц» заехал в грузовой отсек, и тот медленно закрылся. Как только машину закрепили, двигатели самолёта были запущены. «Тысяченожка» сдвинулась с места, добежала до конца полосы и взмыла в небо.

Сёстры Вагнер приникли к иллюминаторам, Крёнен неподвижно сидел в конце салона и что-то напевал себе под нос, Ильза наблюдала за сёстрами, а Шмидт сидел откинувшись на спинку сидения и закрыв глаза.

Что он говорил ей? Что такого он у неё спросил, что она так изменилась в лице? Он говорит ей, что намеревается устроиться коридорным в роскошный отель. Она радуется за него. Он задаёт ей вопрос, она вдруг становится серьёзной и присаживается рядом с ним. Сквозь крону дерева пробивается солнце...

Самолёт пошёл на посадку. Как только он замер, Шмидт распахнул дверь. Прямо перед «тысяченожкой» остановился «Мерседес-Бенц W136». Водитель вышел из машины, отсалютовал Шмидту и удалился. Шмидт подождал, пока в машину войдут сёстры Вагнер и его спутники, после чего сел за руль.

До порта было недалеко. «Мерседес-Бенц» мчался по шоссе на максимальной скорости. За ней спешил «Опель-Блиц». Всё шло по плану.

Машина въехала в порт и остановилась возле одиноко покачивающейся у пристани подлодки «U-2320». Вскоре подъехал и грузовик. К нему тут же поспешили матросы. К ним подлетел Карл Рупрехт Крёнен и принялся объяснять, что и как переносить:

- Осторожнее с этими ящиками! В них хрупкое оборудование! Не вздумайте ронять! А те – можете особо не жалеть. Но и швырять их как попало не вздумайте! Осторожно! Вниз ставить эти! Не облокачивайтесь!

Моряки едва сдерживались, чтобы не покрутить пальцем у виска глядя на чудаковатого профессора в противогазе. Но их останавливала форма Крёнена, а точнее – его звание. Капитан проводил сестёр Вагнер и Ильзу Хаупштайн в сооружённую специально для них каюту и вернулся на мостик, где его уже ждал Йохан Шмидт.

- Как скоро мы будем на месте, капитан Вилленброк?

- Если не возникнет затруднений, то нам потребуется около сорока восьми часов, Herr оберстгруппенфюрер.

- Отлично. Корабль готов к отправлению?

- Да.

- В таком случае, пошли. – Йохан Шмидт спустился в рубку.

Буксир вывел «U-2320» из акватории порта. Подлодка гордо устремилась навстречу горизонту. Как только территориальные воды Германии остались позади, «U-2320» ушла на перископную глубину.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

3. Трансатлантический рейс на перископной глубине

 

Капитан отошёл от перископа и позволил Йохану Шмидту выглянуть на поверхность. Тот долго вращал его туда-сюда, осматриваясь.

- Вы правы, горизонт чист. – сказал он, наконец.

- Будем надеяться, что ближайшие сутки он останется именно таким. – отозвался капитан.

- Насколько я понял, подлодка безоружна.

- Да. По приказу оберштурмбанфюрера в торпедном отсеке было размещено оборудование.

- Замечательно. Следовало бы взять ещё одну подлодку для прикрытия. Но нельзя! Чёртова секретность!

- Не беспокойтесь, Herr оберстгруппенфюрер, на случай форс-мажорных обстоятельств у нас есть пара козырей.

- Вам же будет лучше, если они нам помогут. – Шмидт направился в отведённую ему каюту. Нужно было уснуть. Слишком уж эта каюта на подлодке похожа на каморку в подвале. Вот только в подвале не было кровати. И было сыро.

Сёстры Вагнер получили от Ильзы кофе с микродозами снотворного и спали в своей каюте. Сама Ильза читала «Песнь о Нибелунгах». Профессор производил какие-то расчёты, мысленно напевая «O sole mio». Немногочисленные члены экипажа находились на своих местах. Шмидт представил, что сидит за пианино. Он закрыл глаза и, вытянув перед собой руки, стал перебирать воображаемые клавиши. Бетховен «К Элизе». Йохан действительно мог сыграть эту мелодию с закрытыми глазами. И не только её.

В каморке было холодно и сыро. Мальчик всхлипывал и сжимался в клубок на куче тряпья. Его глаза постепенно привыкали к полумраку. Сквозь маленькое квадратное окошко под самым потолком в каморку влетела бабочка. Она заметалась под потолком, потом спланировала вниз и опустилась на громоздкий предмет, стоявший под окном. Мальчик подошёл к нему. Бабочка сидела на крышке старого пианино. Почему такая вещь оказалась в таком месте? Мальчик поднял крышку с клавиш и провёл по ним пальцами. Пианино отозвалось характерным перебором тонов. Нет. Инструмент заслуживает уважения. Мальчик присел на расшатанный стул. Инструмент оказался настроен. Из под пальцев юного пианиста вырвалась чистая мелодия.

- Боевая тревога! – разорвал относительную тишину крик капитана. Шмидт и Крёнен помчались на мостик.

- В чём дело, капитан? – Шмидт заглянул в перископ. В нескольких сотнях метров от подлодки покачивалась на волнах пара эсминцев под британским флагом.

- Все машины стоп! Убрать перископ! Акустик! Докладывать каждые пять минут! В случае сближения – по ситуации! Соблюдать тишину!

Подлодка замерла. Воцарилась мёртвая тишина.

- Приближаются! – доложил акустик. – Встали над нами!

- Они что, успели нас запеленговать?- прошипел Шмидт.

- Сомнительно, хотя и не исключено. Если они не покинут этот сектор через пятнадцать минут, придётся применить первый фантом.

- Пытаются запеленговать нас! – громким шёпотом доложил акустик.

- Пустить первый фантом! – капитан нажал кнопку.

Из торпедного аппарата вырвалась одинокая торпеда, конструкция которой позволяла ей имитировать шум винтов подводной лодки. Реакция эсминцев последовала незамедлительно: оба корабля начали преследование вероятной цели. Как только они оказались достаточно далеко, «U-2320» тут же запустила турбины.

- Примерно треть пути пройдена. Осталось ещё столько же. – капитан вытер пот со лба.

- Второй фантом – что-то подобное?

- Нет. Второй рассчитан на случай, если нас атакуют.

- Ясно. Хотелось бы, чтобы он нам не понадобился. – Шмидт направился в сторону своей каюты, но ему на плечо легла рука Крёнена.

- Йохан, как ты полагаешь, каковы наши шансы на достижение пункта назначения?

- Полагаю, они у нас есть. Точнее сказать не смогу.

- Ясно.

- Лучше ответь на мой вопрос, Карл. Каковы наши шансы на успех твоего эксперимента?

- Всё зависит от того, какие результаты считать успехом. В том, что эксперимент пройдёт успешно, сомневаться не приходится. А вот каких результатов мы достигнем, я гарантировать не могу.

- Это что, лотерея?

- Можно сказать и так. Но я предпочту другую аналогию. – Карл достал монету. – Вот пфенниг. Сколько вариантов его падения может быть? – он подбросил монету.

- Два - «орёл» или «решка».

Монета со звоном упала на палубу, покатилась и замерла на ребре.

- Как видишь, Йохан, их как минимум три. – Карл протянул к пфеннигу руку, но в этот момент корабль покачнулся, и монета укатилась. – А теперь мы её потеряли и не узнаем, что выпало. При броске монеты всегда есть два предсказуемых варианта и третий – непредсказуемый – падение на ребро, застревание в одежде, пропажа, зависание в воздухе. Всё то, чего нельзя предвидеть. Вот что такое третий вариант. Мой эксперимент может дать только третий вариант в качестве результата. Впрочем, если мне удавалось получать контроль над подсознательными мирами ранее, то, вероятно, удастся и теперь.

- Полагаю, теперь у меня всё равно нет выбора. – Шмидт зловеще улыбнулся.

- Выбор есть всегда, Йохан. Просто иногда он таков, что от него отказываются.

- Если позволишь, Карл, я хотел бы ненадолго вздремнуть. – Йохан вошёл в каюту и лёг. Сон пришёл почти мгновенно.

Она сидела на клавишах, а он шагал взад-вперёд по нотам и что-то говорил. Она смеялась. Он спрыгнул на клавиши. Раздался характерный гул. Она улыбнулась и встала. Он приобнял её за талию, и они закружились в танце под «Полёт Валькирий». Он о чём-то спросил её. Улыбка пропала с её лица. Музыка стихла, уступая место треску огня. Послышался какой-то грохот, и тут же стало темно. Он зажёг спичку. Это упала крышка клавиш. Её нигде не было. Он посмотрел на свои руки. Они все были в какой-то красной жидкости.

- Боевая тревога! – прозвучало в ушах. Шмидт открыл глаза. Слышался топот сапог в направлении мостика. Йохан вскочил и помчался за остальными.

- Они запеленговали нас! Приближаются! – доложил акустик.

- Сколько их? – Шмидт подошёл к акустику.

- Один эсминец. Вероятно оторвался от конвоя или патруля. – акустик сорвал наушники, - Глубинные бомбы в воде!

Почти тут же подлодку сотрясли взрывы.

- Выпустить фантом номер два! – капитан нажал кнопку.

На наружном мостике открылся контейнер, из которого на поверхность устремились обломки и личные вещи экипажа американской подводной лодки.

Акустик надел наушники.

- Стоят над нами. Активности не проявляют.

- Сейчас они поставят здесь буй и уйдут. И мы уйдём. А пока пусть их помучает совесть. Не каждый день узнаёшь, что потопил свою же подлодку.

- Жаль, что они не попадут за это под трибунал. – подал голос Шмидт. Им бы это не помешало. Нам тоже.

- Уходят! – доложил акустик.

«U-2320» неторопливо покинула сектор.

Шмидт остался на мостике. Согласно показаниям приборов, до точки назначения осталось не более четырёх часов.

- Поднять перископ! – скомандовал капитан.

- Если позволите, - Шмидт нагнулся к окулярам. На поверхности было чисто. – Кажется, всё спокойно.

- Да, горизонт чист. – капитан дал сигнал убрать перископ.

- Корабль может идти быстрее?

- Herr Крёнен, мы идём с максимально допустимой скоростью.

- Плохо. Эффект от снотворного скоро закончится, а мне не хотелось бы, чтобы девушки проснулись раньше, чем мы окажемся на месте.

- А нельзя просто ввести им ещё по дозе снотворного? – Шмидт удивлённо посмотрел на своего друга.

- Это снотворное изготовлено на наркотической основе, я не хотел бы перегружать девушек вызывающими зависимость препаратами без необходимости.

- Хорошо. Пусть барышнями займётся Ильза. Я останусь на мостике.

- Мне нужно продолжить расчёты. – Крёнен удалился.

- Я так понял, мы израсходовали всё, что вы припасли в рукаве. – Шмидт повернулся к капитану.

- Да. Но сейчас мы находимся достаточно близко к территориальным водам США, чтобы нас не ждали. Попробуем воспользоваться этим с максимальной эффективностью.

- Хорошо, капитан. Имейте в виду: от успеха нашей миссии зависит будущее.

- Хотелось бы мне знать, что же это за миссия такая.

- Вы узнаете об этом. Если я сочту данное знание необходимым. А пока занимайтесь своим делом и не лезьте в вопросы государственной важности и особой секретности. – Шмидт бросил на капитана уничтожающий взгляд.

- Как прикажете, Herr Шмидт.

Подлодка вошла в территориальные воды США и направилась в сторону устья искомой реки.

- Шум винтов! – неожиданно объявил акустик. – Вероятно, эсминец!

- Боевая тревога! Все машины стоп! – скомандовал капитан.

- Приближается. Похоже, запеленговал нас! – акустик побледнел. – Глубинные бомбы в воде!

Тут же подлодку сотрясло взрывами. Шмидт едва устоял на ногах. На мостик вбежал Крёнен.

- Карл, а ты не мог бы начать свой эксперимент здесь и сейчас? – Шмидт недвусмысленно посмотрел на Крёнена.

- Йохан, это возможно, но я не могу гарантировать результат…

- Неважно! Пошли будить твоих подопечных. Если подлодка окажется потоплена, то разницы уже не будет!

В подтверждение слов Шмидта подложку вновь сотрясло взрывами в непосредственной близости от её корпуса.

- Быстрее! – Крёнен поспешил к каюте сестёр Вагнер. Ему навстречу выбежала Ильза. Девушки уже проснулись и испуганно жались друг к другу.

- Что происходит? – Сабрина повернулась к Шмидту.

- Подлодку пытаются потопить. Если она утонет, мы все погибнем. – спокойно произнёс Йохан.

- Нет! Вы же обещали!.. – девушка посмотрела на оберстгруппенфюрера с нескрываемой ненавистью.

- Сейчас выполнение обещания зависит не столько от меня, сколько от вас. – подал вдруг голос Крёнен. – Сосредоточьтесь… - его речь прервал взрыв. Подлодку тряхнуло так, что девушки, Ильза и сам Крёнен полетели на палубу. Шмидт с трудом устоял.

- Течь в моторном отсеке! – донеслось с мостика.

- Нет! Нет! – хором закричали девушки. Их крик превратился в визг и слился с каким-то потусторонним гулом. Свет в подлодке принялся бешено мигать, корпус наполнился призрачным сиянием. Вскоре мигать принялся и сам корпус: сталь сменялась монастырским кирпичом и обратно. Гул становился то громче, то тише. Сестёр озарила ослепительная вспышка света, и всё исчезло.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

4. 1973

 

Его руки были в какой-то красной жидкости. Тишину разорвал «Похоронный марш» Шопена. Он зажёг ещё одну спичку и осмотрелся. Клавиши сами собой поднимались и опускались в такт мелодии. Над головой подобно штормовому небу нависала крышка клавиш. Вдруг он услышал крик.

Йохан Шмидт открыл глаза. Отсек заполнялся тусклым светом тревожных лампочек. На пороге каюты лежал Карл Рупрехт Крёнен, перед койкой сестёр Вагнер распростёрлась Ильза Хаупштайн. Сам Шмидт оказался непосредственно на койке. Сестёр нигде не было. Шмидт тяжело поднялся и подошёл к Крёнену.

- Карл! Очнись! – он потряс профессора за плечи.

- Мы ещё живы? – донеслось из-под противогаза.

- Как видишь. И подлодка, похоже, всё ещё на ходу. Вот только твоё супероружие после пробного пуска куда-то подевалось. Ты случайно не в курсе, куда оно могло пропасть?

- Что значит «пропасть»?! – Крёнен тут же встал.

- По крайней мере здесь их нет. – Шмидт ткнул пальцем в койку. – Обыщем корабль?

- Можно, конечно, хотя особого смысла я в этом не вижу.

- Что ты имеешь в виду?!

- Они ушли, Йохан. Не думаю, что мы сможем вернуть их.

- Хочешь сказать, что они ушли в этот твой «персональный мир»?

- Свой персональный мир, Йохан.

- Хорошо, можешь думать так. Меня это не слишком волнует. Меня больше волнует, что нам теперь делать в рамках нашей миссии?

- Разберёмся на месте, Йохан. Возвращаться уже поздно…

- Вы даже не представляете, насколько! – перебил его вбежавший капитан.

- Что вы хотите этим сказать, Вилленброк?

- Послушайте радиопередачи, которые мы перехватываем. Либо это новый способ ведения информационной войны, либо мы все сошли с ума.

- И что же такое интересное вы перехватили?

- Согласно выпуску новостей, на первой волне, которую нам удалось поймать, сейчас одна тысяча девятьсот семьдесят третий год! – встревожено сообщил капитан.

- Что за бред?! – Шмидт опёрся на стенку каюты.

- Любые упоминания о датах указывают именно на то, что с момента той чертовщины, которая, я полагаю, началась по вашей милости, прошло не менее двадцати-тридцати лет. – капитан развёл руками. – Я и сам не желаю в это верить, но такая тотальная дезинформация…

- Вот и объявите эту ахинею дезинформацией. Приказываю соблюдать радиомолчание вплоть до высадки! Продолжить движение!

- Слушаюсь, оберстгруппенфюрер! – капитан поспешил на мостик.

«U-2320» вышла на перископную глубину и продолжила движение в заданном направлении. К удивлению Шмидта и Вилленброка, вход в устье реки не составил трудностей. Речной фарватер оказался подходящим для продолжения движения в режиме подводного хода. Спустя несколько часов подлодка вошла в озеро Толука. Пользуясь туманом, она всплыла.

Капитан, Шмидт и Крёнен поднялись на мостик.

- Насколько я помню донесения разведки, двадцать лет назад в этом озере было несколько островов. Рассчитайте маршрут по карте и двигайтесь на малом ходу. Нам стоит высадиться на одном из них. – произнёс Шмидт, глядя в подзорную трубу с противотуманными линзами.

- Так точно, оберстгруппенфюрер! – капитан отдал соответствующие распоряжения. «U-2320» неторопливо двинулась сквозь туман. Капитан и Шмидт внимательно вглядывались в него, Крёнен тем временем производил какие-то расчёты.

- Что мы будем делать, когда причалим, Йохан?

- Разведаем обстановку. По крайней мере, я. Вы с Ильзой можете заниматься чем хотите.

- Ильза пойдёт с тобой, Йохан. Она знает, что нам искать.

- Я собираюсь узнать, что творится в мире, а не искать для тебя подопытных кроликов! Двух ты уже упустил!

- Хорошо, Йохан. Но вернуться к первоначальной задаче нам придётся в любом случае.

- Увидим, Карл, увидим.

Из тумана возник большой остров, на берегу которого возвышалась постройка, похожая на храм.

- Вот здесь мы и причалим. – довольно произнёс Шмидт. – До города я доберусь на лодке.

- В таком виде и поплывёте? – с оттенком скепсиса в голосе поинтересовался капитан.

- Нет, Вилленброк. Помимо оборудования в моих вещах была и гражданская одежда. Наивно полагать, что я не был готов к случайностям. У нас есть даже деньги. На первое время. Потом придётся либо ассимилироваться среди местных жителей, либо сдаваться. Второе нравится мне намного меньше. – Шмидт вернулся в свою каюту. Форма отправилась в чемодан, а её место занял серый деловой костюм с зелёным галстуком. Превращение оберстгруппенфюрера в обыкновенного бюргера свершилось. Довершили его коричневые контактные линзы и чёрная краска для волос. Завершив перевоплощение, Шмидт убрал во внутренний карман пиджака американский паспорт на имя Майкла Кауфманна. Закончив приготовления, он вернулся на наружный мостик.

- Лодка готова? – он сошёл на берег и придирчиво осмотрелся.

- Готова, Herr Шмидт. Пойдёте один?

- Естественно. – Шмидт подошёл к зданию. Это действительно была церковь. Причём достаточно старая. На дверях и куполе была какая-то странная символика в виде трёх кругов, расположенных треугольником внутри круга, вписанного в круг и окружённого какими-то непонятными рунами. Она не позволяла определить конфессию, к которой принадлежали построившие храм. Шмидт потянул двери на себя. Они оказались открыты. Внутреннее убранство храма был выполнено в готическом стиле, и, если бы не странные символы и незнакомые лики святых на иконах и витражах, можно было бы подумать, что храм христианский. Шмидт остановился возле алтаря.

- Не правда ли любопытная концепция? – нарушил вдруг тишину голос Крёнена.

- О чём ты, Карл? – Шмидт обернулся.

- Обрати внимание на эту историю. – Крёнен указал на иконы, явно являющиеся последовательным рядом иллюстраций к одному сюжету. – Мне доводилось слышать об этой религии, но особого значения я ей не предавал.

- И что же это за религия?

- Смесь христианства, иудаизма и языческих представлений местных индейцев породила презабавный культ, получивший название «Орден». Согласно их концепции мироздания, люди первичны, бог вторичен.

- Нет никакого бога!

- Йохан, твои атеистические взгляды мне и так известны. Речь сейчас не о том, есть бог или нет, а о религиозных взглядах конкретной секты. А они верили в то, что бог явится в этот мир, если человеческое страдание достигнет определённой степени. Ничего не напоминает?

- Твои эксперименты с сёстрами Франк и другими близнецами?

- Да, Йохан. Причём эта секта в своё время претерпела разделение, как и большинство мировых религий. И внутри культа стало две секты: Красная и Жёлтая. Первые истязали друг друга, вторые себя самих.

- И как, успешно?

- Скажем так, бога им вызвать так и не удалось. Хотя упоминания о явлении кого-то похожего существа восходят к годам американской гражданской войны. У их бога есть один существенный недостаток: как только всем становится хорошо, он умирает.

- Даже так? Зачем же его вызывать?

- Чтобы он закончил создание рая. У них весьма запутанная концепция в плане подобных вопросов. Если хочешь, могу объяснить подробнее.

- Не сейчас. Лучше скажи, как этот бог явит себя миру.

- Он родится от одной из мучениц на фоне коллективного страдания.

- Интересный подход. Уж не представители ли этого культа придумали наши концентрационные лагеря?

- Хорошая шутка, Йохан. Но я начал этот разговор с другой целью. Мне кажется, что нам стоит искать в городе следы культистов. В их среде найти подопытных будет проще всего.

- Думаю, ты прав, Карл. Но мы вернёмся к этой проблеме уже после того, как я разведаю обстановку в городе и в мире. А пока обживайте помещения. Мы базируемся на этом острове.

- Ганс, ты уверен, что хочешь разместить штаб в этом храме?

- Это будет временный штаб. Позже переберёмся в город. По крайней мере, я, вы и Ильза. Экипаж стоит оставить на подлодке. Но довольно разговоров! – Шмидт направился к выходу из храма. Крёнен продолжил осмотр храма.

На берегу уже вовсю кипела работа: экипаж подлодки под руководством Ильзы разгружал оборудование. Шмидт забрался в лодку и сел на вёсла. Вскоре берег острова растворился в тумане. Шмидт выругался: идти пришлось почти вслепую. Не попасть бы на корягу или рифы, их надувная лодка точно не выдержит. Сквозь туман стал виден свет. Шмидт взял курс на него. Вскоре из тумана появился берег, да и сам туман стал рассеиваться, хотя над озером он по-прежнему был густой. Шмидт подошёл к причалу, на котором и находился прожектор, выбранный им в качестве маяка. Вокруг никого не было. Шмидт спрятал лодку под причалом и осмотрелся. На берегу возвышалась зловещая громада какого-то здания. Вероятно отель или чьи-то частные владения. Что бы это ни было, дорожка от причала вела именно туда. Шмидт ступил на неё и быстро пошёл вперёд. Порыв ветра бросил ему под ноги газету. Шмидт машинально поднял её. Первое, что бросилось ему в глаза, была дата: 09.05.1973.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Особенно подкупило начало. Интересуюсь Германией тех времен и Аненербе в частности.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

5. Заложники времени

 

Крёнен заканчивал осмотр зала для служб. Несмотря на то, что его забросили уже достаточно давно, здание было в хорошем состоянии. Строили на века. Фанатизм при всех своих отрицательных качествах имеет и целый ряд положительных. В том числе – полную самоотдачу. Крёнен усмехнулся. Их убеждения уже служат его делу. И вполне смогут послужить ему ещё. Главное – найти подходящих людей. Желательно детей и желательно близнецов.

Ильза прошлась вдоль берега. Из-за тумана и ветра было промозгло. И ради этого она отказалась от уюта лаборатории в Заксенхаузене! Ильза передёрнула плечами. Она перевела взгляд на чуть покрытые пеной волны, бившиеся о берег. На них покачивалась стеклянная бутылка. Самая обычная бутылка, вероятно из-под кока-колы. Что-то заставило девушку подойти вплотную к кромке воды и выловить бутылку. На этикетке в графе «дата выпуска» стояли цифры: 13.02.1973.

 

***

 

«Мир празднует тридцатилетие Великой Победы над фашизмом…» - далее шли фотографии с комментариями к ним. Шмидт дважды перечитал заметку. Сомнений быть не могло: Третий Рейх пал, миссия провалена. Шмидт помотал головой, ущипнул себя. Ничего не изменилось. Неужели это не дезинформация? Неужели он действительно попал на тридцать лет вперёд? Неужели страны, ради которой он жил, больше не существует? Как такое вообще могло произойти?! Проклятые девчонки! Следовало оставить их в том монастыре! А ещё лучше пристрелить для гарантии! – Шмидт упал на колени и залился слёзами бессильной ярости, лупя кулаками по гравию дорожки.

- Нет! Нет! Это не может быть правдой! – Шмидт погрозил кулаком небу. – Кто-то ответит мне за это! Я не оставлю это так! Я!.. – он умолк. Истерический припадок закончился. Оберстгруппенфюрер вытер лицо и поднялся на ноги. Что делать теперь? Теперь, когда нет ни Фатерлянда, ни Фюрера. Когда ни осталось ничего, чему он служил. Шмидт перевёл взгляд на озеро. В его глазах вспыхнул недобрый огонь.

- Пусть будет так! Теперь, когда Гитлера больше нет, я стану новым Фюрером! Четвёртый Рейх поднимет голову из пепла этого мира, когда я завершу миссию, начатую мной тридцать лет назад! И я буду рейхспрезидентом и рейхсканцлером! – он зашагал к зданию. На его лице не было ни следа бушевавших минуту назад эмоций.

 

***

 

Крёнен заканчивал осмотр помещений для духовенства. Те, кто покидал этот храм, определённо планировали в него вернуться: ритуальные предметы и облачения были на своих местах, полки были заполнены тронутыми тленом книгами. Представив, какой запах должен здесь стоять, Крёнен в очередной раз порадовался, что носит противогаз. Вероятно, здесь была храмовая библиотека. Впрочем, почему была? Профессор взял с полки книгу в обложке багрового цвета. Но открыть её он не успел.

- Карл! У нас, как бы это сказать… У нас проблема… - срывающимся голосом окликнула его Ильза.

- Что за проблема? – Крёнен обернулся.

- Посмотри на это! – Ильза поднесла к его глазам выловленную из озера бутылку и осветила этикетку. – Ты видишь дату выпуска?

- От опечаток никто не застрахован, Ильза. – с деланным спокойствием произнёс Крёнен.

- Думаешь, это всего лишь опечатка? – Ильза едва не выронила бутылку.

- Этого я не говорил. Я всего лишь предположил. Но если исходить из радиоперехватов, это не опечатка. Это – правда. Но если это правда, то мы знаем слишком мало, чтобы принимать решения о дальнейших действиях.

- И что ты предлагаешь?

- Я предлагаю дождаться Йохана. В любом случае, если мы действительно перенеслись на тридцать лет вперёд, то это лишь подтверждает мою теорию. А это значит, что я смогу повторить эксперимент в условиях, при которых смогу его контролировать. Мы сможем вернуться в прошлое и закончить нашу миссию, Ильза. А может быть Фатерлянд и так выиграл войну, и мы сможем спокойно вернуться домой, чтобы продолжить исследования.

- Ты так спокойно об этом говоришь…

- В-первую очередь, Ильза, я – учёный. Я не могу позволить эмоциям взять надо мной вверх. К тому же мы не знаем, что творится в мире. И пока мы этого не узнаем, я не вижу повода для волнений.

- Хорошо, дождёмся твоего друга. – Ильза поставила бутылку на столик у стены. – Но, Карл, что если Германия пала? Что если всё то, чему мы служили, низвергнуто и растоптано варварами?

- Я же сказал, мы сможем это исправить. – без особой уверенности в голосе произнёс Крёнен. – Помоги мне осмотреть библиотеку, Ильза. Думаю, мы найдём здесь что-нибудь полезное.

- Хорошо, Карл, но думаю, нам стоит готовиться к худшему.

 

***

 

Шмидт подошёл к зданию. Похоже, это действительно отель. Дверь оказалась не заперта. Стоило Шмидту войти, как тут же нарисовалась горничная.

- Что вы здесь делаете? Я не припоминаю вас среди постояльцев отеля.

- Мисс, я вас тоже не припоминаю, но при этом не ставлю под сомнение ваш статус обслуживающего персонала. – с лёгким оттенком раздражения в голосе ответил Шмидт. – Вы можете принести мне сегодняшнюю газету? Или мне придётся жаловаться администрации на уровень обслуживания в «Лейквью»? – надменно закончил он, глядя на бейджик оппонентки.

- Извините, мистер… - смутилась та.

- Кауфманн. – спокойно ответил Шмидт. – Доктор Майкл Кауфманн.

- Извините за беспокойство, мистер Кауфманн. Сейчас я принесу вам газету…

- Доктор Кауфманн. – прервал её Шмидт. – Что-нибудь, освещающее мировые новости.

- Хорошо. – горничная поспешила в фойе отеля. Шмидт не спеша направился следом за ней.

В фойе было немноголюдно. Но Шмидт обратил внимание не на людей, а на музыкальный автомат, стоявший точно напротив входных дверей. Шмидт подошёл к нему и включил. Фойе наполнилось приятной, но простоватой мелодией.

- Ваша газета, доктор Кауфманн. – окликнула Шмидта горничная.

- Ваши чаевые, мисс. – самозваный доктор протянул ей однодолларовую купюру.

- Вы военные запасы что ли откупорили? – недоумённо пробурчала девушка, удаляясь.

Шмидт мрачно убрал бумажник. Возраста купюр он определённо не учёл. А это вполне может стать причиной провала. Купюрам, согласно датам на них, по тридцать с лишним лет, а они вон как сохранись. И как это объяснять? Впрочем, многие ли станут задавать подобные вопросы? Сорить деньгами, по крайней мере, пока, всё равно нельзя, так что волноваться ещё рано. Сейчас нужно разобраться с положением дел в мире. Шмидт развернул газету.

Это оказалась «The Wall Street Journal». Одной из главных новостей выпуска была авиакатастрофа в СССР, произошёдшая после попытки нейтрализовать воздушного террориста. Дата не оставляла сомнений: 17.05.1973. Согласно остальным материалам выходило, что побеждённую Германию разделили на две части, каждая из которых превратилась в одну из стран двух противостоящих друг другу блоков. Внутри Шмидта всё заклокотало. Он смял газету и швырнул в корзину для мусора.

- Что, дурные новости? – обратился к нему швейцар.

- Более чем. – сквозь зубы процедил Шмидт.

- Бывает. – швейцар улыбнулся. – Но во всём плохом есть что-то хорошее.

- Это я и так знаю. Вы не могли бы рассказать мне, что творится в городе? – Шмидт недвусмысленно похрустел купюрами.

- Не знаю, интересно это вам или нет, но в центральном районе города выставлено на продажу здание больницы. Хорошая частная больница с самым современным оборудованием, но её владелец почему-то выставляет её на торги. Бетси, кажется, назвала вас врачом…

- Да, мне это интересно. – Шмидт протянул швейцару однодолларовую купюру. – А теперь не могли бы вы организовать мне телефонный разговор с владельцем больницы?

- Никаких проблем. – швейцар улыбнулся ещё шире и жестом поманил Шмидта за собой.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

6. Новая надежда

 

Карл Рупрехт Крёнен завершил осмотр помещений храма и вернулся в библиотеку. Из хорошо сохранившихся книг интерес представляли лишь три – «Багровый Том», «Жёлтый Том» и «Потерянные Воспоминания». Первые две книги представляли собой две религиозные доктрины, столь же схожие, коль и различные, а вот третья была похожа на летопись, описывающую историю этих мест. Летопись, написанную сторонним наблюдателем. Словно она писалась сама по себе. Без участия людей. Её профессор отложил напоследок и начал чтение с «Багрового Тома». Никто и ничто не отвлекало его, и он успел прочитать всю книгу.

Вдруг дверь библиотеки распахнулась. Крёнен обернулся. На пороге стоял высокий брюнет в сером деловом костюме. Из рукавов профессора выскочили клинки, но он узнал Йохана Шмидта.

- Какие новости на большой земле, Ганс?

- Не самые радостные. Мы действительно попали в будущее. Причём в то будущее, которого не должно быть.

- Что ты имеешь в виду?

- Рейх проиграл войну. А этого не должно было случиться!

- Значит, Ильза не ошиблась… Как бы эта новость не убила её… Впрочем, мы всё ещё можем всё исправить. Если найдём новых подопытных.

- А теперь о хорошем. Я приобрёл широкопрофильную больницу в центральном районе города. Думаю, нам стоит перенести наш штаб туда и развернуть там твою лабораторию.

- Да, Йохан, это удачная идея. Жаль только, что экипаж подлодки успел всё разгрузить.

- Смогли разгрузить, смогут и загрузить. Кстати, что будем делать с ними?

- Считаешь, что им не стоит знать, что происходит?

- Им ни в коем случае нельзя узнавать, что происходит. Для меня правда стала тяжелейшим потрясением. Ты сомневаешься в Ильзе. Что уж говорить обо всей этой матросне? Им придётся умереть. Всем.

- Тебе не кажется, что это уже перебор, Йохан?

- Цель оправдывает средства, Карл. А наша цель оправдает любые средства.

- Знаешь, Ганс, я боюсь, у нас есть ещё одна проблема.

- И какая же?

- Видишь ли, если мы сумеем вернуться в сорок третий и осуществить эксперимент, то это приведёт к весьма неприятному временному парадоксу.

- Какому ещё парадоксу?

- Если мы сумеем добиться наших целей в сорок третьем, то в семьдесят третьем нам ненужно будет возвращаться в сорок третий, чтобы осуществить добиться наших целей.

- Сам-то понял, что сказал.

- Представь себе, понял.

- В таком случае, я не вижу иного пути, кроме как провести эксперимент, не пытаясь вернуться в прошлое.

- Что ты имеешь в виду, Ганс? Уж не хочешь ли ты получить власть над миром единолично?

- Именно, Карл! Именно! Этот мир достоин такого Фюрера, как я! И он его получит.

- Йохан, при всём моём уважении, я не уверен, что…

- Если эта твоя подсознательная энергия смогла перебросить нас на тридцать лет вперёд, да так, что мы не постарели ни на секунду, то и абсолютную власть она мне дать сможет! Ты что-то говорил о том, что местные сектанты пытались вызвать бога. Я и стану этим богом! Ты сделаешь так, чтобы я получил всю его силу! Я – Красный Череп! Лучший человек Третьего Рейха. А это значит…

- Йохан, не увлекайся. Ты получишь силу и власть. Но только при условии, что я получу материал для эксперимента. Надеюсь, ты понимаешь, что сам по себе этот город не даст тебе того, что ты хочешь.

- Превосходно понимаю, Карл. Именно поэтому мы отправляемся немедленно. Больница называется «Алхемилла». Боюсь, нам придётся слегка её перепланировать. И для этого понадобится помощь местных. Думаю, сектанты подойдут лучше всего. Нам стоит искать материал для твоих опытов в их среде.

- А вот здесь ты прав, Йохан. Они действительно подходят для наших целей лучше, чем кто-либо. Вот только так ли уж легко будет вступить с ними в контакт?

- Этим займётся Ильза. А пока собирай то, что ты счёл ценным. Думаю, скоро наши люди закончат погрузку оборудования.

- Ты отдал им приказ ещё до разговора со мной?

- Естественно. Но Ильзе сегодняшнюю дату сообщишь, или подтвердишь именно ты. Хорошо?

- Да, Йохан.

 

***

 

Ильза Хаупштайн встретила Крёнена за дверями библиотеки. По взгляду своей ассистентки он понял, что она уже знает всё.

- Ты подслушивала нас, Ильза? – вопрос прозвучал как утверждение.

- Да, Карл. – в глазах женщины стояли слёзы. – Неужели всё было напрасно? – её голос дрожал.

- Нет, Ильза. Не напрасно.

- Но всё пропало! Рейха больше нет! Фюрера больше нет! Всё, чему мы служили, растоптано низшими расами! Или я не права?!

- Мы всё ещё можем исправить всё это.

- И ты позволишь своему дружку стать новым Фюрером?

- Ильза, пойми, мы всё равно уже не сможем исправить прошлое без самых неприятных последствий. Йохан прав: нам нужно двигаться дальше. К тому же, он был правой рукой Фюрера. Он сможет заменить его.

- Да как ты смеешь?!.

- В первую очередь, я – учёный. Политика меня волнует ровно настолько, насколько она вмешивается в науку. Третий Рейх создал идеальные условия для развития науки. У меня была лучшая в мире лаборатория, неограниченные ресурсы и полное отсутствие каких бы то ни было этических и моральных ограничений. Йохан предоставит нам всё это. А что до идеологии, весьма сомневаюсь, что его политика будет существенно отличаться от политики его непосредственного руководителя и фактического создателя. Так что нам стоит помочь ему в его начинаниях. Ты поможешь нам?

- Да, Карл. – в голосе Ильзы уже не было ни следа бушевавших только что эмоций.

- Вот и отлично. Помоги мне забрать из библиотеки те книги, которые представляют для нас ценность.

 

***

 

Шмидт стоял на берегу и смотрел в туман. К нему подошёл Вилленброк.

- Herr оберстгруппенфюрер, подлодка готова к отплытию!

- Превосходно, Herr капитан. Мы сможем подойти к берегу незамеченными?

- Думаю, да. Темнеет, да и туман сгущается. Если в городе не слишком бурная ночная жизнь, нам ничто не угрожает.

- Тем лучше. – Шмидт поднялся по трапу вслед за капитаном.

«U-2320» медленно отошла от берега и, ускоряясь, направилась в надводном положении в сторону центрального района города. Расчёт капитана Вилленброка оказался верен: ночная темнота и туман надёжно скрыли корабль от чьих-либо глаз. Вскоре она вошла в фарватер реки и замерла неподалёку от разводного моста. По суше до больницы было около километра.

Впрочем, эту проблему помог решить припаркованный возле моста старенький грузовик. Для перевозки оборудования потребовалось всего четыре рейса.

Шмидт и Вилленброк мрачно посмотрели на подлодку.

- Боюсь, нам придётся затопить её, Herr капитан. Или вы желаете вместе с командой ждать моей команды на островной базе?

- Думаю, я предпочту озёрную базу. – обречённо произнёс Вилленброк.

- Боюсь, что я не могу позволить вам этого, Herr капитан. Вы и ваша команда нужны мне здесь. Подвал больницы нуждается в серьёзной перепланировке. Придётся затопить подлодку.

- Прямо здесь?

- Да. Думаю, глубины хватит, чтобы она не мешала судоходству. Всё равно по этому озеру ходят одни речные трамвайчики.

- Я понял ваш приказ, Herr оберстгруппенфюрер. Я исполню его. – Вилленброк медленно поднялся на борт корабля. Пару минут спустя вода вокруг подлодки вскипела. Корабль медленно погрузился в мутную реку, чтобы уже никогда не всплыть. Шмидт раздражённо посмотрел на люк, ожидая появления Вилленброка, но тот, очевидно, решил умереть вместе со своим кораблём. Шмидт выругался и сел за руль грузовика. Следовало избавиться и от машины. Отсутствие заграждений на берегу реки подсказало самое простое решение. Шмидт включил зажигание, зажал газ и отправил машину следом за подлодкой на дно реки. Теперь оставалось одно – вернуться в «Алхемиллу».

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите в него для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!

Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.

Войти сейчас


×